Грейс и Джексон, ещё совсем молодые, оставили шумный Нью-Йорк позади. Их новый адрес — старый, фамильный дом Джексона, затерянный среди полей и лесов. Сначала всё казалось началом новой, спокойной главы. Но после появления малыша, где-то через полгода, что-то изменилось. Исчезла та лёгкость, что была между ними. Джексон стал пропадать — то на одной подработке, то на другой, будто старался проводить как можно меньше времени в стенах дома. Грейс же оставалась одна. Дни тянулись медленно, в тишине, нарушаемой только плачем ребёнка.
Постепенно с ней стало твориться что-то неладное. Её настроение стало меняться резко и без видимой причины. То она могла часами молча смотреть в окно, то вдруг начинала лихорадочно переставлять мебель глубокой ночью. Её действия теряли привычную логику, становясь всё более странными, пугающе непредсказуемыми. Тишина сельского дома, которую они когда-то искали, теперь казалась давящей, полной невысказанных мыслей и нарастающего напряжения.